среда, 18 июня 2014 г.

I'm with you in Rockland

Гинзберг писал: "Я видел лучшие умы моего поколения разрушенными безумием", а я скажу: "Я видел лучшие умы моего поколения, которым его не хватает". Слишком скучными, слишком рациональными мы стали. Слишком уютно нам сидеть в дальнем уголочке, в теплом мягком кресле, уткнувшись носом в коммуникатор, читая, или пописывая подобные тексты. Жалко... Здесь должен был быть детальный отчет о последней неделе моей жизни, включая поездку в Нижний Новгород и последний на грядущие месяцев 14 концерт Voodoo Puppets, но... Все так как есть и все прекрасно. Никто не умер, каждый получил свой кайф, или хотябы крупицу. В моей голове все перемешалось: Ваня, валяющийся в траве в Печорах, пьяная мужеподобная проводница, Вовка, швыряющий провод и Андрей прыгающий на стену, Коля, грустно извиняющийся за "если что не так", люди-поезда-города... Я чувствую себя как тогда, в 13, в дождливый день в середине августа, когда в детском лагере "Водник" закончилась вторая смена и нас вот-вот заберут на автобусе в город, а оттуда - кто куда. Странное дождливое чувство. И снова утрата и снова без особой причины. Ты начинаешь ценить как дорого тебе что-то было только когда потеряешь, или когда пройдет, а ты в полутора тысячах километров. Ах, солнечные дни... Я хожу по краю бездны, теряя причины не стать тем, кем меня все это время считали. Недолюбленный, недослушанный, недослышанный. Никчемный заросший алкоголик, слева от сцены, за мониторами, смущенно топающий ногой. В пустом зале. В пустой жизни. Слабая надежда сделать все правильно хотя бы раз. Быть честным с собой и близкими, пока есть время. Руки тянутся толи обнять, толи задушить. Смех сквозь слезы. Мама, бедная мама, набирающая номер женщины, которая никогда не родит ей внуков. Звонит, потому, что соскучилась по своей "доченьке". Смущенная услышав чей-то мужской голос в трубке. Робкая, завернутая в плед, когда говорит мне об этом. Зачем? Вереница огней за окном. Ночи без сна в трясущемся плацкарте. Здравствуйте, я здесь проездом. Дешевая выпивка не спасает, случайные разговоры навевают скуку. Как общаться с людьми, которые убили в себе ребенка слишком рано? Завели детей слишком рано? Развелись с женой и живут не зная своего места, с одной лишь надеждой уйти так же рано, чтобы не разгребать мусор? А ведь между тем в мире так много прекрасного! Смотреть на Волгу с высоты фуникулера, рыться в антикварных лавках в стопках с пластинками, уютные книжные, чудные разговоры, пьяные встречи, новые знакомцы, красивые девушки, хорошая выпивка, высокие, звездные потолки, сосны, запах свежего кофе, улыбка друга и объятья после долгой разлуки. Все эти маленькие подколы и локтетолкания, все эти долгие прогулки и улыбки-одними-глазами. Все это и любовь. Настоящая. Крепкая. Не испорченная ванильной литературой или мнениями окружающий и не подпорченная слепым желанием обладать. Возможно, кто-то меня любит. Да. Кто-то любит.

Не стать мне имитацией. Не соткать красивого лживопаутинного савана. Не создать привлекательного образа с белой рубашкой и шляпой на крючке в прихожей. В конце фильма Бэкки просыпается чужой, Бэкки перестает быть Бэкки и Майлз бежит из Санта Миры. Так и я убежал, и буду бежать пока не споткнусь или не затопчут, и буду нести свою ересь дальше, кричать на переулках, дергать за струны, смотреть на огоньки за окном... 

Я в городе. Я здесь еще на какое-то время. Есть работа, есть деньги, есть пара хороших пивных, если захотите послушать. Если захотите услышать. Я буду здесь. Пока.

  

Комментариев нет:

Отправить комментарий