I'm with you in Rockland

Гинзберг писал: "Я видел лучшие умы моего поколения разрушенными безумием", а я скажу: "Я видел лучшие умы моего поколения, которым его не хватает". Слишком скучными, слишком рациональными мы стали. Слишком уютно нам сидеть в дальнем уголочке, в теплом мягком кресле, уткнувшись носом в коммуникатор, читая, или пописывая подобные тексты. Жалко... Здесь должен был быть детальный отчет о последней неделе моей жизни, включая поездку в Нижний Новгород и последний на грядущие месяцев 14 концерт Voodoo Puppets, но... Все так как есть и все прекрасно. Никто не умер, каждый получил свой кайф, или хотябы крупицу. В моей голове все перемешалось: Ваня, валяющийся в траве в Печорах, пьяная мужеподобная проводница, Вовка, швыряющий провод и Андрей прыгающий на стену, Коля, грустно извиняющийся за "если что не так", люди-поезда-города... Я чувствую себя как тогда, в 13, в дождливый день в середине августа, когда в детском лагере "Водник" закончилась вторая смена и нас вот-вот заберут на автобусе в город, а оттуда - кто куда. Странное дождливое чувство. И снова утрата и снова без особой причины. Ты начинаешь ценить как дорого тебе что-то было только когда потеряешь, или когда пройдет, а ты в полутора тысячах километров. Ах, солнечные дни... Я хожу по краю бездны, теряя причины не стать тем, кем меня все это время считали. Недолюбленный, недослушанный, недослышанный. Никчемный заросший алкоголик, слева от сцены, за мониторами, смущенно топающий ногой. В пустом зале. В пустой жизни. Слабая надежда сделать все правильно хотя бы раз. Быть честным с собой и близкими, пока есть время. Руки тянутся толи обнять, толи задушить. Смех сквозь слезы. Мама, бедная мама, набирающая номер женщины, которая никогда не родит ей внуков. Звонит, потому, что соскучилась по своей "доченьке". Смущенная услышав чей-то мужской голос в трубке. Робкая, завернутая в плед, когда говорит мне об этом. Зачем? Вереница огней за окном. Ночи без сна в трясущемся плацкарте. Здравствуйте, я здесь проездом. Дешевая выпивка не спасает, случайные разговоры навевают скуку. Как общаться с людьми, которые убили в себе ребенка слишком рано? Завели детей слишком рано? Развелись с женой и живут не зная своего места, с одной лишь надеждой уйти так же рано, чтобы не разгребать мусор? А ведь между тем в мире так много прекрасного! Смотреть на Волгу с высоты фуникулера, рыться в антикварных лавках в стопках с пластинками, уютные книжные, чудные разговоры, пьяные встречи, новые знакомцы, красивые девушки, хорошая выпивка, высокие, звездные потолки, сосны, запах свежего кофе, улыбка друга и объятья после долгой разлуки. Все эти маленькие подколы и локтетолкания, все эти долгие прогулки и улыбки-одними-глазами. Все это и любовь. Настоящая. Крепкая. Не испорченная ванильной литературой или мнениями окружающий и не подпорченная слепым желанием обладать. Возможно, кто-то меня любит. Да. Кто-то любит.

Не стать мне имитацией. Не соткать красивого лживопаутинного савана. Не создать привлекательного образа с белой рубашкой и шляпой на крючке в прихожей. В конце фильма Бэкки просыпается чужой, Бэкки перестает быть Бэкки и Майлз бежит из Санта Миры. Так и я убежал, и буду бежать пока не споткнусь или не затопчут, и буду нести свою ересь дальше, кричать на переулках, дергать за струны, смотреть на огоньки за окном... 

Я в городе. Я здесь еще на какое-то время. Есть работа, есть деньги, есть пара хороших пивных, если захотите послушать. Если захотите услышать. Я буду здесь. Пока.

  

They might as well lead you home

Вдохни карельской ночи. В самом начале июня этот город утопает в зелени. Солнце цепляется за горизонт в нерешительности - а стоит ли садиться? И каждый раз передумывает. Пока оно висит, схватившись цепкими лучиками за сосны, даруя всем тварям живым долгожданную прохладу, можно прогуляться по этим улочкам, тихим в середине недели, шумным по выходным, чтобы ощутить ЭТО. Божественное прикосновение, словно ангел взял тебя в руки и слегка подул, как малыш, сорвавший одуванчик, чтобы увидеть как летят пушинки. Это бриз с Озера. Онего-море. Пьяный снова. Не важно - от печали или от великой радости. Пьяный от ночи. Небо разукрашено полосами света. Ты не смотришь на тротуар, ты не смотришь по сторонам - только вверх. Вверх, где пролетают над головой сиреневые облачные замки. Пальцы ведут по шершавой растрескавшейся краске. Эти дома. Обрывки фраз случайных прохожих, цоканье каблучков студенточек и шарканье ботинок их ухожеров. Шопот шин стареньких авто. Вниз, к озеру, на нейтралке. Светофоры подмигивают желтым, словно расщедрившийся билетер, пропускающий за кулисы своих. Быстрее! Торопись! Можно! И вот ты срываешься на бег и несешься вниз, размахивая руками к ясноглазому небозеркалу. Вниз, по гранитным плитам! Вниз, к бетонным ступеням! Вниз! Вниз! Дальше!... Здесь. У воды. Приляг. Отдохни. Вдохни карельской ночи.

Darling, here's looking at you

Человек склонен мыслить крайностями. Черное или белое, любовь или ненависть, Star Wars или Star Trek - неважно. Эта дуальность сводит меня с ума. Почему если я один, то должен быть несчастлив? Глупости же. Смотрю на свое отражение в зеркале и вижу морщинки в уголках глаз, да пару седых волосков в бородке. И это все? Мне 27 лет, мне уже 27 лет, мне всего-лишь 27 лет. Чувствуете разницу? Я чувствую. Возможно я схожу с ума, но я думаю я не первый и не последний. Тем не менее, я чувствую, будто гроза обошла меня стороной. Меня слегка намочило дождем, но до нитки я не промок, да и молнией меня не прибило. О чем это я? Да все о том же. Мысли-мыcли. Пора прекратить думать как ребенок. Ну вот был человек, было время, человек решил выбрать другой путь и все. Плохой-ли, хороший-ли, какая теперь разница? Никакой в сущности. Вселенная будет расширяться и сужаться дальше, а солнце будет вставать на востоке и садиться на западе и ему все равно, как и мне должно быть тоже. Глупая рефлексия. Потраченное время. Во мне нет пустоты, да и не было никогда. Ее всегда заполняло нечто, что угодно - долг, музыка, семья, учеба, работа... Я не из тех, кто ходит раненым по городу и заглядывает в окна, ведомый какими-то иллюзиями и поисками тихого счастья. Мой человек меня найдет, а я найду его. Все остальное - бестолковая игра. Ради чего? Эх, время... Пожалуй я - человек-сорока. Меня всегда привлекали яркие крикливые "личности", которые на поверку оказывались такими пустыми, что возьми хоть все книги в мире - не заполнишь и половины. Пропуская мимо ушей маленькие признаки нарастающей скуки. Глупо. Помню странную картинку, видел ее несколько раз в полугрезах про девушку в машине во время дождя. Стекла слегка запотели от дыхания. Я приближаюсь к авто и вижу как она прикладывает кулачок к стеклу, чтобы получилась пяточка и рисует пальчиком пять маленьких точек, чтобы вышел отпечаток детской ноги. Тогда я, промокший под ливнем, понимаю, что скоро у меня родиться дочка. Такие вот дела. Возьми черный маркер - закрась и напиши - "не сейчас" и "не с этим человеком". Так уж вышло - ничего не поделаешь. Ты сделал все, что мог. Как обычно. Ты сделал все.

Ох уж мне эти бредовые размышления и тонкие игры. Человек будет человеком, останется человеком, если он действительно человек. Меняться не трудно, если точно знаешь зачем. Такие, брат, дела.

Новостей особых нет, кроме того, что еду в Нижний 11-го. Получаю расчет на работе и двигаю. Там есть один длинный пешеходный мост через реку и Колька обещал пройтись по нему с бутылкой красного. Вот бы там был туман. Было бы здорово. Буду в Москве проездом, так что если захотите меня увидеть - я с радостью выпью с вами черного. Тот гиг, про который я говорил, уже послезавтра. В сущности мы готовы и это главное. Пока я слышу этот бит, я буду жить, потому, что так бьется мое сердце.

Не пропадайте и не вешайте нос,

Люблю.

And justice for Paul

Окей. Из разряда бредовой фантастики. Сегодня был выходной. Единственный за фиг знает сколько. Я спал часов 10 наверное. Просто роскошь. Последний сон был просто странным. Мне снилось, что я с моей бывшей девушкой еду в Финку на какой-то машине. Останавливаемся в лесу, в каком-то кемпинге, а там - кафешка. Такой деревянный сруб. Внутри несколько столиков и стойка, а за ней - бариста, который говорит на ломаном английском вперемежку с ломанным русским (русских туристов-то много), а финского я не разумею толком. Я заказываю какую-то еду. Сидим жуем, причем как-то напряженно. Потом открывается дверь и в нее входит Рита, та самая девушка которую я безумно любил в свое время, а из-за неразделенной любви даже положил на универ и меня отчислили. Потом она женилась на одном придурке, родила от него дочку и развелась. Неважно вобщем. Она заходит, тихо улыбается, кивает в знак приветствия и садится за дальний столик. Я подхожу к баристе, чтобы заказать чаю и мороженого. Он вроде понимает, что я от него хочу, но говорит, что потерял свои очки и не видит, и просит меня, чтобы я показал ему в меню, что мне нужно и назвал цену. Я попросил эрл грей и еще чего-то, а потом я проснулся. На часах было часа два дня и пасмурно. Вот такая вот история.

В последнее время меня не покидает какое-то новое для меня чувство - чувство утраты чего-то. Слабое такое, словно отдаленные раскаты грома, но оно меня не покидает и я не знаю что с этим делать. Пожалуй просто лечь спать было бы правильнее всего.

Тем не менее у меня все в порядке и это главное. Есть планы и кое какие монетки. Пятого числа играем офигенный fairwell гиг для барабанщика Voodoo Puppets, а ребята из Севастопольской группы "48 часов" просят записать бэки для секретного трека с грядущего альбома. Много музыки - наконец-то! Кроме того еще умудрился сегодня выцепить для себя 12" Blondie. Выходит я - счастливый человек)

Всем спокойной ночи и удачи,

Завтра будет тепло.

Drive-Thru Confessional (blueprints)

Late night

Cold coffee at the diner

Faint hum

From the interstate

Same words like:
"I'm really f*cking tired"

Same crowd

Poisoned and astray

[Chorus]
But there's hope in the eyes when the morning comes

And we're counting the days

And we smoke our lungs out

The best is on the way

We're bound to believe

There's an honest job
And we hope it'll last

But we drink and we fight like in criminal past

The tattoos and the scars tonight we roll down the sleeves

Strike me down and I
Will resurrect in fire!
Hear me out -
I'm not your enemy!
I found God I...
I am my own messiah!
So loud
Capable and real

[Chorus]

That's the last thing I remember. That and heat and clear blue sky...

Мой промокший бежевый плащ висит на дверце шкафа. В доме тихо, только на кухне тикает кварц. Так спокойно и умиротворенно мне не было уже давно. Я скоро лягу спать, завтра еще один рабочий день перед выходными. А сегодня вечером... Над озером полоса света. Тучи образовали своего рода разлом, шириной с четырехполосное шоссе, а в нем - чистое голубое небо с намеком на закат. На часах почти полночь. С того берега на воду сквозь сосны наползает туман. Огни Соломенного почти не различить. Светло и вместе с тем горят фонари. Молодые парочки, почувствовав тепло бредут обнявшись вдоль набережной. Мы с Джеймсом спускаемся к воде, и тут... ливень! Теплый и мощный. Он подкрался совершенно незаметно, прямо за спину. Он шел за нами по пятам всю дорогу к озеру и наконец нагнал. Быстрее, бегом до ротонды, встать на розу ветров, северо-восток, ветром дождь задувает под крышу. Мне смешно. Мокрые пальцы пытаются достать сигареты. Зажигалка отказывается загораться. Смех. Шум дождя. Непонятные шутки. Нас таких забилось под купол наверное человек пять, как в той сказке про зверей и гриб. Пахнет дождем, липой и молодой зеленью. Пахнет переменами к лучшему. Два дня подряд я неописуемо счастлив. Даже работа не кажется сложной, даже мокнуть под дождем кажется блажью. Дышится легко и свободно. Хочется любить. Как же это приятно осознавать - просто хочется любить. Наконец-то.

Спасибо всем, кто был со мной в этот тяжелый период. Теперь все будет иначе. Ангел одиночества слетел с моего плеча и я готов открыться миру снова. Спасибо, и спокойной ночи.

P.S. Помните - трудно быть Бокой и его внуком, известным певцом Жокой)) Увидимся через пятьсот недель!

...

Это было очень давно. Я был младше лет на семь. Глупее был. Импульсивнее. Многое воспринимал как личное оскорбление... да я думаю все мы такими были в 20, разве нет? Тогда у меня была моя первая группа - Morning Headlines. Достаточно простая группа была, но с правильным посылом. Репетировали не часто, да и играли криво, но... было в этом во всем что-то правильное. Особенно на тот период моей жизни. Вовремя было. Состав несколько раз менялся - уходили и приходили люди, рвались отношения, была ругань и склоки - но и это нормально. И вот, однажды, когда дело было совсем плохо, и кроме меня и барабанщика никого не оставалось, мы встретили двоих. Улыбчивого парня в кепке, который только начинал играть, но был душой компании, и второго - слегка полноватого, сероглазого, длинноволосого паренька-басиста, с румянцем на щеках и идеями - одна другой безумнее. Первый - это Джеймс - сейчас он один из моих самых близких друзей, барабанщик Six-Pack Sunday и просто очень хороший человек. Второй - Даня Барышев. "Мальчик-с-пальчик", так называл его мой брат. Даня вечно находился в метаниях. Его все время что-то не устраивало и он все время чего-то искал. Типичный бхикку, слишком рано начитавшийся Керуака и угаравший по Joy Division. Позже он ушел из группы, чтобы играть в на тот момент гораздо более перспективном проекте - Valery & The Greedies. Какие тогда были контры, вы бы знали. Сколько всякой грязи повыливалось друг на друга, сколько обидных слов. Может быть с моей стороны это была своего рода зависть, потому, что V&tG тогда были на волне популярности пост-панк ревайвала, да играли они гораздо лучше нашего... Буквально через год все эти обиды как водой смыло, да и мы с Толей Никулиным сошлись на том, что в сущности, музыка-музыкой, а человек должен быть человеком. А еще немногим позже и вообще стали общаться как старые друзья. Тем не менее тогда Даня ушел и из V&tG. Долгое время жил в Питере, принимал у себя наших общих друзей, а потом рванул в Индию и на какое-то время пропал. Ходили разные разговоры про него, полушуточные рассуждения. Тем не менее он и там искал чего-то. Совсем недавно он вернулся в город. Я видел его мельком пару раз, но из-за старых неурядиц так и не смог нормально поговорить. Вот оно - лицемерие порожденное неловкостью... Тем не менее это все приводит нас к сегодняшнему вечеру.

Я вернулся с работы, списался с Джеймсом и предложил прогуляться. Сегодня он был возбужденнее и громче чем обычно, а когда мы вышли из дома - он попросил закурить и сказал: "Даня Барышев умер"... Знаете, я не знаю как описать это ощущение. Мы давно перестали общаться, но не потому, что он не хотел.... Не то, что мы были друзьями, но... Знаете, каждый человек оставляет отметину на твоем сердце, так. Ведь так?! Бывают царапины, бывают раны, но каждый оставляет отметину, и именно эти следы и делают нас такими, какие мы есть. Не стало человека, который хотя бы на какое-то время подарил мне надежду. Подарил тогда, когда это больше всего было нужно. Плевать как, плевать какой ценой, с какими последствиями - для меня важно, что человек был в нужное время и в нужном месте. Был он... и вот его не стало. Говорят - перевернулся на квадроцикле. Приехал, чтобы поменять загранпаспорт и повидать родных... Вот и все... У меня нет больше слов. Я надеюсь ты все-таки нашел, что искал, Дань...